В сентябрьские дни 1942 года 100-я стрелковая дивизия сражалась за Воронеж. Преодолевая сопротивление вермахта, 17 сентября три стрелковых полка заняли район кирпичного завода, подступы к военному городку. В журнале боевых действий указано, что в 460-м, 454-м и 472-м полках осталось в общей сложности 202 «активных штыка». Полкам была поставлена задача привести личный состав в порядок и на следующее утро продолжить бои за городские кварталы.
18 сентября в 11:00 части дивизии пошли в атаку с целью овладеть военным городком. «Встретив сильное огневое сопротивление, атака успеха не имела. Противник в течение дня неоднократно переходил в контратаку при сильной артминометной и пулеметной поддержке, ведя огонь прямой наводкой из восточной окраины военного городка, центра города и западнее психиатрической лечебницы. Все контратаки противника были отбиты, — рассказывает о событиях того дня журнал боевых действий. – Авиация противника во второй половине дня беспрерывно бомбила район боевых порядков частей, переправы, наблюдательного пункта артиллерии и командный пункт дивизии».
Связь полков с командованием дивизии в этих непростых условиях обеспечивали линейные надсмотрщики 2-го гвардейского полка связи 40-й армии, в том числе гвардии красноармеец Дмитрий Григорьевич Гагальчий. Он родился в 1919 году в селе Голенка Дальневосточного края, затем его семья переехала в Горный Алтай и, судя по всему, проживала в одном из сел Ойрот-Туринского аймака (нынешняя территория Майминского района Республики Алтай), откуда Дмитрий Григорьевич в первый же день войны и ушел на фронт.
![](http://www.gorno-altaisk.info/wp-content/uploads/2018/09/011-nga.jpg)
18 сентября 1942 года он неоднократно починял линию связи, которая была проложена по дну реки Воронеж с западного берега, где велись боевые действия, на восточный, в местечко Монастырищенка, где располагался КП дивизии. «Под непрерывной бомбежкой авиации противника и минометным обстрелом связь, идущая через реку, была порвана. Гвардии красноармеец Гагальчий бросается в воду с левого берега и вместе со своим товарищем исправил под водою 3 повреждения», — сказано в документах. Дмитрия Григорьевича наградили медалью «За боевые заслуги».
В течение дня дивизии удалось занять одно здание около кирпичного завода, ворваться на улицы Веры Фигнер, Чеховскую и Чапаевскую, переулок Коршунов. Там к вечеру наши бойцы и закрепились.
Оборона Воронежа продолжалась еще несколько месяцев, а 25 января 1943 года наша армия пошла в наступление и окончательно очистила город от нацистов. «Когда-нибудь об уличных боях в Воронеже будет написано много страниц. Этот город воевал на своих площадях и улицах в течение многих месяцев. Город дрался за каждый квартал, квартал — за каждый дом», — писала на следующий день «Комсомольская правда».
Дмитрий Григорьевич Гагальчий после освобождения Воронежа участвовал в освобождении Харькова, Киева, Западной Украины. В сентябре 1944 года его подразделение обеспечивало связь в ходе наступления Красной Армии в Карпатах. «18.9.44 в районе села Гудня под отстрелом противника свыше двух часов продолжал работать по восстановлению связи с 51-м стрелковым корпусом. Выполнил задание и обеспечил связь раньше установленного срока. 20 сентября под минометным обстрелом противника в районе высоты 936 устранил семь повреждений на линии связи, обеспечил непрерывную связь во время наступления». За самоотверженную работу по организации связи, способствовавшей успеху наступления, гвардии ефрейтор Гагальчий был награжден Орденом Красной Звезды.
Победу Дмитрий Григорьевич встретил в окрестностях чешского города Брно, пройдя перед этим Румынию, Венгрию и Словакию.
В журнале боевых действий указано, что в 460-м, 454-м и 472-м полках осталось в общей сложности 202 «активных штыков».
Это весьма печальный факт. В трех стрелковых полках осталось 202 пехотинца….
Вообще, битва за Воронеж была такой же как и битва за Сталинград — долгой и кровопролитной…